Я люблю ездить по городу. Машина, маршрутка или просто городско-общественный транспорт в виде старенького автобуса, это уже не важно. Главное, чтобы ветер в лицо и пейзаж за окнами как цветные смазанные слайды.
Сегодня, где то на середине пути, в очередной маршрутке нас осталось двое. И водитель, очевидно следовавший какому-то своему определенному графику, ехал так, что ветер, щедро бросавший мне в лицо это мерзкое подобие снега, тополиный пух, вышибал слезы из глаз просто потоками. В очередной раз чудом проскользнув перед самым носом огромного грузовика и едва не врезавшись в автобус, этот ас чуть не впилился в стоящий на обочине автомобиль.
И мне почему то представилось изломанное тело в окружении покореженного металла, на сером от пыли асфальте. И тополиный пух. В лужах багровой крови.
Наверное, так даже можно умирать.
С привкусом пыли, песка и крови на разбитых губах.
Сроднившись с кусками рваного металла в хрупком теле.
С запахом горелой резины в легких.
Глядя, сквозь багровую дымку, на ярко голубое, пластиковое небо.
И успеть.
Успеть произнести твое имя перед тем, как уйти.
Навсегда.
Наверное, так даже нужно умирать.